«Это рывок в очень уязвимой для атомной энергетики области»

В сентябре делегация Общественного совета Госкорпорации «Росатом» и Гражданской Ассамблеи Красноярского края посетили Горно-химический комбинат. Представители общественности встретились с руководством комбината, осмотрели объекты ГХК («мокрое» и «сухое» хранилища ОЯТ), посетили площадку для подземной исследовательской лаборатории по обращению с РАО. По итогам визита Валерий Меньщиков ответил на вопросы журналистов.

- Валерий Федорович, с каким настроением Вы сюда ехали и какие впечатления вынесли из экскурсии, из совещания с генеральным директором?

- Раньше я уже бывал в Красноярске, в качестве представителя Центра экологической политики РФ в 1994 году, когда тут были первые конференции, между прочим, только в Красноярске, с участием городов региона. Представители и ГХК и других комбинатов собирались для диалога с нарождающимся гражданским обществом.

Тогда мы обсуждали проблемы, которые казались непреодолимыми — в том числе хранение отработанного топлива с реакторов РБМК. Ситуация представлялась тупиковой — ни наука, ни производственники не могли предложить никаких толковых схем.

И поэтому то, что через какое-то время мы увидели не просто воплощение «в железе», а реально действующее «сухое» хранилище — мы восприняли это как рывок в очень уязвимой для атомной энергетики области. Очень важный момент из того, что сделано на ГХК — сохранен коллектив. Это, я думаю, заслуга директора и его ближайших сподвижников. Потому что сейчас огромное количество моногородов, где людям нужна смена профессии или они брошены на произвол судьбы.

Здесь же все сделано грамотно, интеллектуально, красиво. То, что здесь развертывается новая площадка, отвечающая уровню XXI века, это огромная заслуга всего коллектива ГХК

- Как Вы оцениваете перспективы ГХК?

- Буквально в ближайшие три-четыре года будет реализован проект по созданию МОКС-производства, заработает БН-800 на Белоярской АЭС и там можно будет в промышленных масштабах испытывать эту новую для нашей страны цепочку с МОКС-топливом. Думаю, что комбинат жизнеспособен, пока работают наши отечественные АЭС, он обязательно будет востребован как минимум в среднесрочной перспективе. Хотя сейчас идут интенсивные работы по термоядерным проектам, раньше 2050 года нам не продемонстрируют даже лабораторную установку (я немножко знаком с этими работами). Поэтому, я считаю, что до конца XXI века атомный комплекс в целом никуда не исчезнет.

- Идея «сухого» хранилища ОЯТ простая — охлаждать сборки с ОЯТ не водой со сложными гидротехническими сооружениями и обязательным питанием насосов электричеством, а воздухом — за счет безотказной и энергонезависимой конвекции. Почему эту технологию смогли реализовать только сейчас и именно на ГХК?

- Во-первых, все гениальное просто, в том числе и в атомной энергетике. Почему это удалось именно на ГХК? Наверное, сошлись технические возможности, желание руководства развивать новое направление XXI века и реализовать новые идеи. Это сложилось удачно в этом месте в это время.

Отмечу, что «сухое» хранение используется не только на ГХК. Например, для ОЯТ с атомных лодок тоже предусмотрен период «сухого» хранения. Но в комплексе эту инженерную задачу впервые решили в промышленном масштабе именно специалисты Горно-химического комбината.